АтакуеМ
ШАХМАТНЫЙ КЛУБ
| | | | | |
05.10.2013
Новости январь-июнь 2013.
31.12.2012
Новости август-декабрь 2012.
Школа
Подготовка юных шахматистов
2 разряда


Материал программы спланирован в виде уроков шахматной игры. Поэтому она может быть использована для самостоятельных занятий шахматистами любых возрастов...
Свежее
Каисса в зазеркалье. Алексей Самойлов / Джунгли
Глава первая - По-моему, Зазеркалье страшно похоже на шахматную доску, — сказала наконец Алиса. — Только фигур почему-то не видно... А, впрочем, вот и они! — радостно закричала она, и сердце громко забилось у неё в груди. — Здесь играют в шахматы! Весь этот мир — шахматы (если только, конечно, это можно назвать миром)! Это одна большая-пребольшая партия! Ой, как интересно! И как бы мне хотелось, чтобы меня приняли в эту игру! Я даже согласна быть Пешкой, только бы меня взяли... Хотя, конечно, больше всего мне бы хотелось быть Королевой! Итак, мы начинаем...

И сразу же тот самый сложный случай различения: кто это — «мы», ведь соавторы условились, что не несут друг за друга «солидарной ответственности».

Как быть?
Кто-то же должен объяснить читателям намерения соавторов, выступать посредником между ними, между шахматным и нешахматным мирами, наконец, между Зазеркальем и тем пространством, что находится по ЭТУ сторону зеркала. «Мы» для нас не подходит. Хоть мы и учились в школе с одним порядковым номером — 22, но в разных городах — Риге и Петрозаводске, хоть и знакомы друг с другом давным-давно, побольше тридцати лет, но работать привыкли порознь. К тому же и технология работы у нас разная: один только пишет, другой только диктует. Писать можно и в одиночестве, а диктовать самому себе не будешь. Это ещё более странно, чем самому с собой играть в шахматы.

Так вот, когда мы, и сейчас живущие в разных городах — Риге и Ленинграде, приезжали друг к другу в гости или встречались на нейтральной территории и беседовали на разные зазеркально-шахматные темы, нам начинало казаться, что мы в комнате не одни, что в наше Зазеркалье спустился (или поднялся?) какой-то странный человек с роскошной волнистой шевелюрой, в пестрой ковбойке с закатанными по локоть рукавами, в песочного цвета узких брюках, какие носили в годы нашей юности стиляги. Он сидел с нами «сам-третей» (помните у Пушкина в «Моцарте и Сальери» черного человека, заказавшего реквием Моцарту, который говорит Сальери: «Вот и теперь мне кажется, он с нами сам-третей сидит»?), но с таинственным и мрачным незнакомцем, одетым в чёрное, не имел ничего общего ни в одежде, ни в настроении. Был он весел, беспечен и все время кого-то показывал, чуть-чуть передразнивая, и получалось у него очень похоже, и можно было узнать многих общих знакомых, но, убей бог, мы никак не могли догадаться, на кого же он сам-то похож? На кого-то оттуда, из нашей далекой юности — но на кого?..

Мы перебирали всех наших общих друзей, начиная с того, кто познакомил нас в далекие времена в гостинице «Московская» напротив Московского вокзала в Ленинграде, где жили тогда участники шахматного чемпионата страны. Мы старались напрасно, потому что он был похож на нас, родившихся перед войной, пошедших в школу ещё во время войны и закончивших её в первой половине пятидесятых. На всех нас и ни на кого в отдельности, потому что это нам только казалось, что он сидит с нами сам-третей. Наверное, нам было хорошо и весело вспоминать себя молодыми, но надо было не молодость вспоминать, а современную шахматную историю рассказывать. Истории же этой, как нам казалось, не хватает этакого странного (дело-то все же зазеркальное, сказочное, загадочное) персонажа — и похожего на нас некоторыми фактами своей биографии (скажем, подобно одному из нас, он мог бы носить звание гроссмейстера, подобно другому — учиться в свое время журналистике в Ленинградском университете и по сию пору кое-что пописывать в разных изданиях), и отличающегося от нас своей легкомысленностью (слухам не доверяет, но явно к ним прислушивается), склонностью ко всякого рода таинственным явлениям и, разумеется, доскональным знанием сказок Кэрролла.

Вот нам и показалось, померещилось, что этот легкомысленный знаток сказочного Зазеркалья пришёл к нам (в комнату? на помощь?), и мы с удовольствием доверили ему выступать от нашего общего имени, от имени «мы» в этой современной истории, когда она станет уж слишком реальной и скучной.

Окончательно все прояснив или запутав — это в принципе (и в Зазеркалье) одно и то же, — мы приступаем к рассказу...

Условились: «мы» будут обозначаться в тексте как «C-III», то есть «сам-третей».

Назад:
Третье уведомление

Вперёд:
Нонсенс Льюиса Кэрролла


Главная     |     Новости     |     История Шахмат     |     Школа     |     Отдых     |     Форум     |     Ссылки     |     Карта сайта
atakuem.ru © 2010-2012 Все права защищены. E-mail:info@atakuem.ru