АтакуеМ
ШАХМАТНЫЙ КЛУБ
| | | | | |
05.10.2013
Новости январь-июнь 2013.
31.12.2012
Новости август-декабрь 2012.
Школа
Подготовка юных шахматистов
2 разряда


Материал программы спланирован в виде уроков шахматной игры. Поэтому она может быть использована для самостоятельных занятий шахматистами любых возрастов...
Свежее
Каисса в зазеркалье. Алексей Самойлов / «Загадка Таля»
В известном смысле легенда достовернее реальной биографии. В легенду, пусть в резко преувеличенном виде, попадает только поразившее современников, определяющее, обреченное на бессмертие — без примеси житейского сора, сгорающего в высокотемпературном режиме воображения, фантазии, без рассеивающих внимание, отвлекающих от главного ссылок на источники, свидетельства, документы, как будто тайна, чудо, загадка могут быть документированы?!

А Таль — тайна. Таль — чудо. И уж совершенно точно: Таль — загадка. «Загадка Таля» давно уже написана известным шахматным литератором Виктором Васильевым, но загадка Таля и по сей день не разрешена. И не может быть разрешена, так как Таль — уникален, ни на кого не похож. «В гении то прекрасно, — замечено одним мудрым писателем, — что он похож на всех, а на него никто».

И пусть вас не смущает, что о живом, среди нас, смертных, живущем человеке сказано — «гений». Давно сказано, давно утвердилось в общественном сознании, вошло в обиход и стало как бы видовым обозначением Таля: малина — ягода, воробей -птица, лосось — рыба, Таль — гений.

То, чем он похож на всех, разбросано по нам в разных дозах и выглядит неправдоподобным, собранное в одной телесной оболочке.

Хрестоматийный Таль жизнелюб; он добр, остроумен, беспомощен в быту (интервьюер накануне юбилея спрашивает юбиляра, может ли он забить гвоздь, и пока юбиляр размышляет, его жена Геля возмущенно отвечает: «Да вы что? Он газ зажечь не может, а вы — гвоздь». Юбиляр слабо протестует: «Ну, это преувеличение. Газ могу зажечь»), нуждается в постоянном обихаживании, в твердой направляющей руке. Все это — от доброты до беспомощности -в гиперболических размерах. Рядом с ним человек отнюдь не скупой, не прижимистый, слывущий среди друзей открытым и щедрым, кажется самому себе чуть ли не жмотом и скупердяем. Доброта Таля безоглядна, безотчетна, абсолютна. Как и его жизнелюбие. Оно выручало Таля из труднейших положений, когда он чаще попадал на операционные столы в клиниках, чем сидел за шахматным столиком.

(Кстати сказать, рожденная в годы его бурной, но отягощённой болезнями молодости пословица «В здоровом Тале — здоровый дух» не верна: здоровый дух пребывал во всяком Тале и не раз спасал его от физического разрушения.) Оно же погружало его в эти самые труднейшие состояния: «беззаконник» в шахматах, он не признавал строгих установлений режима и часто, очень часто, как упоминалось выше, засиживался с друзьями до третьих петухов...

Конечно же, всякий живой человек (а Таль при всех своих хворостях очень живой человек, с колоссальным «внутренним допингом» — дочитавший повествование до конца узнает, что это такое), тем более человек неординарный, отличается от своих хрестоматийных изображений. Всё, конечно, сложнее, замысловатее, «всё так в жизни перепутано хитро», как пел Утесов в годы Мишиного детства. Друзья Миши (так его зовут все не только в Риге, все и всегда, и во времена Дворца пионеров, и после первого юбилея) — не просто любящие — боготворящие его в торжественные дни юбилея отметили и то, что он бывает невыносим, и способен кукситься из-за ерунды, и на редкость неаккуратен, и дымит, как паровоз (двух пачек сигарет на день и на ночь ему не хватает)... Разумеется, всё это тут же было уравновешено воспеванием доблестей юбиляра, как то: редчайшего обаяния, предельной честности в отношениях с людьми, стоического, спартанского мужества. Только сигареты, увы, уравновесить было нечем: леденцов и вообще сладкого Миша не переваривает. Со своей стороны я мог бы дополнить список противоречивых составляющих характера Михаила Таля, но не буду этого делать. И не потому, что опасаюсь иронического похмыкивания читающего эти строки героя-соавтора-консультанта (хотя, признаться, и опасаюсь). И не потому, что считаю неверным, прямолинейным утеплять и тем самым оживлять образ реального героя перечислением его грехов, слабостей, недостатков.

Всё дело — в сокрытом двигателе человека. (Помните у Блока: «Простим угрюмство - разве это сокрытый двигатель его?») Все дело - в доминанте личности: что преобладает, что направляет, что определяет — вот главное. Всё дело — в огне: чужая душа — потемки, и в этом смысле до конца не может быть разгадана, понята, постигнута ничья чужая душа. Но ключ к разгадке все же существует, и искать его надо не в сказочном хрустальном яйце, очень далеко запрятанном и очень тщательно охраняемом, а — замкнем круг — в его сокрытом двигателе (замкнем круг и продолжим Блока: «Он весь — дитя добра и света, он весь — свободы торжество») . А Михаил Таль — он кто? Кто он весь? Дитя добра и света? Безусловно — при всем демонизме лика. Свободы торжество? О, да!

Один наш общий друг говорил о нем так: «Миша — явление Христа народу». Друг этот, шахматный игрок, ни в бога, ни в чёрта не верил и вспомнил Христа лишь для того, чтобы выделить в человеческом облике Таля всё окрашивающую в отношениях с людьми доброту — качество дефицитнейшее в мире жесткого спортивного соперничества, в мире игры. Доброта как индивидуальное свойство натуры Михаила Таля, — натуры щедрой, не замкнутой только на игру, соединена в нем с исключительной ясностью умственного зрения, с отсутствием чего-либо демонического, чего-либо содержащего некую мрачную тайну. Действительно, дитя добра и света. Все три слова важны. Все три — ключ к разгадке его личности...

Далее:
Он возвысил шахматы...

Назад:
Главная     |     Новости     |     История Шахмат     |     Школа     |     Отдых     |     Форум     |     Ссылки     |     Карта сайта
atakuem.ru © 2010-2012 Все права защищены. E-mail:info@atakuem.ru